Как стать почти полноправным жителем России

На постоянное место жительства в Российскую Федерацию я переехал из Латвии более двух лет назад. Остались за спиной очереди перед дверями отделения ФМС во Всеволожске, сбор всех документов и справок, полугодовое ожидание — разрешение на временное проживание (РВП) мне вручили, — пишет латвийская газета «СЕГОДНЯ»

Но моя миграционная история на этом не кончилась. Предстоял следующий этап: получение вида на жительство. Латвийцам, задумывающимся о возможности переезда в РФ, интересно будет почитать об особенностях этой процедуры.

Новый первый шаг

Прожив по РВП полгода (но обязательно как минимум за полгода до истечения срока действия разрешения на временное проживание!), можно начать и оформление вида на жительство. По закону, РВП всегда выдается всего лишь на три года, продлить его нельзя. Что касается вида на жительство, то его дают на пять лет, при этом не принуждая владельца получать гражданство. На основании ВНЖ мигрант может жить в России неограниченное время, продлевая его каждый раз на новый период.

Обладатель данного документа фактически получает те же права, что и гражданин, за исключением возможности голосовать и работать в госорганах.

Те полгода с лишним, что прошли с момента, как получил РВП, вплоть до времени, когда у меня появилось право оформить вид на жительство, сложа руки не сидел. Выправил себе в соответствующих учреждениях ИНН (индивидуальный номер налогоплательщика), затем СНИЛС (страховой номер индивидуального лицевого счета), необходимый для определения стажа и размера будущей пенсии. Заодно открыл на себя индивидуальное предприятие, на счет которого стали поступать мои гонорары. Наконец наступил и день, когда можно было заняться и ВНЖ.

Оформление начал с того, что отправился в Единый центр документов (ЕЦД) на улицу Красного Текстильщика. Поднявшись на третий этаж, получил у девушки за конторкой бумажку с номером, и вскоре уже сидел перед окошком первичной консультации (стоимость 3000 рублей).

Молодой человек разъяснил, что необходимо представить документы о своей финансовой состоятельности (налоговую декларацию, но сойдет и выписка с банковского счета), пройти полный медосмотр и сдать комплексный экзамен. Все это могу выполнить самостоятельно, но если желаешь сэкономить время, то выкладываешь 18 000 за комплексную услугу — сразу сдаешь экзамен и проходишь медосмотр здесь же, в ЕЦД.

Я предпочел именно этот вариант.

Медосмотр прошел гладко, а вот перед началом экзамена слегка волновался. Нас запустили в зал. На всю группу в пятнадцать человек славян, за исключением меня, оказалось лишь трое. Сами вопросы подразделялись на три группы: по русскому языку, по истории и основам права России. Справился минут за семь, после чего соседи громким шепотом стали просить меня о подсказках. Из–за этого тетенька, руководившая экзаменом, выпроводила меня из зала, предварительно сообщив мой результат: наивысший, ни единой ошибки.

Когда все необходимые бумаги оказались собраны, наступило время их сдавать, вкупе с заявлением на ВНЖ (текст заявления мне тоже помог оформить работник ЕЦД). Ранним майским утром прибыл на Красного Текстильщика и встроился в очередь перед ЕЦБ. В ней пришлось коротать часа полтора, пока не получил свой номерок. Прием соискателей ВНЖ начался после обеда. Дождавшись на табло своих цифр, вручил документы сидевшей за окошком сотруднице. Внимательно освидетельствовав бумаги, она приняла их и на прощание вручила мне соответствующую справку.

Бюрократический лабиринт

По закону срок рассмотрения обращений за ВНЖ составляет шесть месяцев. Эти полгода спокойно занимался своими делами. В июне, впрочем, посетил отделение миграционной службы на улице Капитана Воронина и оформил подтверждение проживания иностранного гражданина (это нужно делать каждый год).

Когда срок ожидания подходил к завершению, начал нервничать. По закону меня вроде бы — вроде бы! — должны были известить о результате моего ходатайства по почте, письменно, однако день проходил за днем, а письма не было. Поехал в ЕЦБ. Сотрудник разъяснил: дескать, на самом деле письменное извещение вовсе необязательно, надежнее разузнать все самостоятельно.

Рано–рано утром вновь выдвинулся в Единый центр документов. Здесь повторился тот же алгоритм: очередь, номерок, ожидание, окошко. Далее все произошло очень быстро. Сотрудница просит меня подписать какие–то документы, и вот уже и протягивает заветный вид на жительство — книжечку темно–синего цвета с золотым тиснением «Российская Федерация. Вид на жительство иностранного гражданина» и герб. Фактически второй паспорт.

Сотрудница, правда, быстро сбила мою эйфорию:

— С получением ВНЖ ваше разрешение на временное проживание аннулируется. Необходимо заново оформить регистрацию по месту жительства. Срок — семь рабочих дней.

Для меня это означало перспективу новой поездки во Всеволожск, хотя о тамошнем отделении ФМС у меня остались после мытарств двухгодичной давности самые дурные воспоминания.

В России, чтобы жить в ней, иностранный гражданин должен быть приписан к какому–то жилью, причем оформить прописку имеет право только владелец. Изначально был прописан в пригороде Санкт–Петербурга Мурино — в домике, которым владеет мой старший друг, бывший моряк и антарктический полярник Николай Борисович Шемякин. Человек великодушный, он согласился помочь и на этот раз.

Первым декабрьским днем мы с Николаем Борисовичем утром автобусом прибыли во Всеволожск и вскоре были уже у дверей Управления по вопросам миграции. Увидев толпу людей в фойе, ощутил неприятную дрожь, живо вспомнились прежние испытания. Невзирая на недовольный ропот, протолкался к одной из женщин, ведущих прием, и объяснил, зачем здесь. Она недовольно воззрилась на меня:

— Вам сначала не к нам ехать нужно, а в паспортный стол в Мурино. И старика незачем сюда тащить. Оформите там необходимые документы, а потом уже можете возвращаться сюда — в одиночестве.

Отплевываясь с досады — в ЕЦБ меня никто не предупредил о подробностях процедуры, — вышел наружу. Взял такси. У входа в паспортный стол нас встретила особенно характерная для российских ландшафтов табличка: «Учреждение закрыто на обед». Пришлось выжидать целый час. Николай Борисович настоял, чтобы мы отправились к нему домой отпаиваться горячим чаем.

Возвращаемся в паспортный стол. Паспортистка, скучающая женщина предпенсионного возраста, услышав мой вопрос, досадливо надула губы:

— А чего это вас к нам направили? Все необходимые бумаги вам должны были выдать во Всеволожске, у нас и бланков–то таких нет…

Прежде чем я начал материться, Николай Борисович обратился к паспортистке:

— Аня, кончай выпендриваться!

— Ты, что ли, Коль? — паспортистка мигом сменила настрой. — Ну, раз такое дело, посмотрю — может, и найдутся…

Факт знакомства Николая Борисовича с паспортисткой Анной Михайловной очень облегчил дело: она принесла нужные бланки и помогла их заполнить. В пакете документов значилась и бумага, удостоверяющая факт владения Николаем Борисовичем дома, где он меня прописывал. Анна Михайловна заверила, что тащить подлинник нет смысла: сделала копию, заверенную ее подписью и печатью паспортного стола в Мурино.

Возвращаться во Всеволожск было поздно, и я отложил эту поездку на завтрашний день.

Всё решили минуты

На следующее утро отправился во Всеволожск на такси. Дорого, но осознавал, что необходимо приехать как можно раньше. И хоть прибыл в семь утра, женщина, ведшая список «очередников», записала меня лишь 11–м. Шанс есть! Начало приема было назначено на два.

Разговорился с теткой, которая вела список. Она оказалась человеком опытным — оформляла регистрацию уже второй раз, продлив ВНЖ после пяти лет проживания. Начала расспрашивать меня о документах, что принес с собой:

— А почему вы не захватили с собой оригинал бумаги о владении домом? Никакой копии, даже будь она трижды заверенной, от вас тут не примут! Требуется только подлинник, уж я–то знаю.

До начала приема оставался час с небольшим. Галопом помчался на привокзальную площадь во Всеволожске, метнулся к первому попавшемуся такси:

— В Мурино, шеф, срочно! И сразу же обратно.

Рыжеусый водила нахмурился:

— Съездить–то мы съездим, но вот насколько быстро получится — другой вопрос. Гололед, пробки…

С дороги стал звонить Николаю Борисовичу, чтобы он поскорее достал злополучную бумагу.

Въехали в Мурино через полчаса, метнулся к воротам, через которые милейший старик протягивал мне драгоценный документ. Тут же помчали обратно. Водила, которого ввел в курс дела, успокаивал:

— Да не парься ты, успеем. Я счастливый, удачу людям приношу..

В приемную ввалился за пару минут до того, как подошла моя очередь. Чиновница тут же потребовала оригинал документа о домовладении, сделала простую ксерокопию и отложила себе. Затем придирчиво осмотрела остальные бумаги, заставила дописать пару строк в анкете и… выставила в мой ВНЖ вожделенный штамп!

Из кабинета выходил на подгибающихся ватных ногах, сам не веря своему счастью. Все, закончилась моя миграционная эпопея.

Владимир ВЕРЕТЕННИКОВ, собкор газеты «СЕГОДНЯ» в Санкт–Петербурге.